Поиск в системе: Результаты поиска по тегам 'квента'.

  • Поиск по тегам

    Введите теги через запятую.
  • Поиск по автору

Тип контента


Форумы

  • Новости, опросы и голосования
    • Новости игр и нашего сообщества
    • Опросы, голосования
  • Правила форума и сервера
    • Правила форума
    • Правила сервера RP
  • Ролевой сервер Life is Feudal
    • Фракции
    • Творчество игроков
    • RP сервер Life is Feudal: Your Own
    • Квенты персонажей
    • Турниры, эвенты, соревнования
    • Вопросы, просьбы и жалобы к Game Master RP сервера
    • Нарушения и наказания
  • Life is Feudal: Your Own
    • Техлаб Life is Feudal: Your Own
    • Учебка Life is Feudal: Your Own
    • Сообщества Life is Feudal: Your Own
    • Всячина Life is Feudal: Your Own
    • Торговый раздел Life is Feudal: Your Own
    • Архив серверов
  • Работа форума
    • Технические вопросы, пожелания и предложения
  • Оффтопик
    • О том - о сём

Календари

  • Community Calendar

Найдено 14 результатов

  1. Robert FalconShadow

    Стук сердца сильными толчками заглушал грубые крики людей требующих остановиться. Мышцы в ногах от перенапряжения начали жечь огнем. Страх переполнявший тело медленно, но уверенно перерастал в панический ужас. Цокот копыт и яркий свет факелов неминуемо приближался. Треклятая коряга, боль в локтях и коленях, вкус земли на губах. Тяжелые шаги шумных людей в доспехах, сильный удар в живот, замах топора, звон в ушах... Вздрогнув и защитившись руками Роберт проснулся. Весеннее солнце уже третий час обильно дарило свою теплоту густому лесу раскинувшемуся на многие километры вокруг. Птицы не переставая перекрикивать друг друга в хаотичном порядке метались с дерево на дерево. Тяжело поднявшись Роберт окинул взглядом местность и начал прислушиваться. Лес был его домом, он чувствовал себя здесь как рыба в воде, страх ушел, а на его место вернулась способность здраво оценить ситуацию. Вот здесь прошло стадо кабанов, а здесь видимо когда то была берлога медведя, но ни где хвала старым Богам не было следов погони. Роберт уверенно зашагал дальше по чаще рассуждая где сейчас Олаф и Торвальд. Наверняка Олафа схватили, его нога была простреляна и убежать он не мог. Ну а что касается Торвальда? Роберт ухмыльнулся зная о том что Торвальд ни когда не был ни силен ни вынослив, сила его была в остром уме, который в нынешнем положении ему не поможет. Его поймают, Олаф выдаст его местонахождение и их обоих казнят. Роберт еще раз облегченно вздохнул, пусть лучше их чем меня. В конце концов надо было каждому хорошо подумать и продумать планы отхода в случае провала, прежде чем совершать покушение на Ярла. Эх, жаль что все сорвалось, жил бы как король остаток своих дней. Голодный и измученный долгой дорогой Роберт покинул Смиртагд, он понимал что там ему уже жизни спокойной не видать. После долгих месяцев пути он прибыл в неизвестные и на первый взгляд спокойные земли. Вряд ли кто либо из здешних жителей знает о нем и о его прошлом. Шагая по лесу в проливной весенний дождь, Роберт остановился, сделал глубокий вздох и произнес:"Дождь этот мать его, надо бы сделать хибару или какую-нибудь засидку, я устал"....
  2. Mortikon Falcone

    1) Mortikon Falcon - славард. 2) Характер - спокойный , хладнокровный, тихий , все свойства для охотника . 3) Внешность темноволосый мужчина с густой бородой и двумя косичками на ней , возрастом 25 лет , выше среднего роста . На теле множество шрамов от рваных ран и укусов от заячьих и змеиных , до волчьих, татуировки. 4) Родился в семье охотника , который всю жизнь был охотником и местным егерем , даже помер во время охоты , он никогда не ходил на медведя . Зарекался что никогда не пойдет на это гиблое дело , но после того как в соседней деревне несколько медведей разорили амбар и стойло , жилой дом, в котором по счастливому случаю никого не было . Он согласился ,за что и был растерзан на глазах селян и других охотников . Он, как говорили охотники и селяне-добровольцы , сидел в засаде около берлоги медведя вместе с другими охотниками , пытаясь зажечь факел чтобы выкурить его из своей норы и погнать бомбами и дымовыми шашками в сторону , капканов и ловушек, селян и других охотников . Казалось бы что могло пойти не так? Вроде бы 15 мужчин крепких телосложением , сильных и храбрых. Среди которых было 5 опытных охотников , что могло случиться? А случилось. С другой стороны засады , бежала разъяренная медведица , она неслась ломая мелкие деревья и кусты . Охотники бросились врассыпную а отец не успел , чертовы трусы, не смогли даже признаться в том что они просто оттолкнулись от него чтобы убежать, а он не успел встать . А всем рассказывали что он стал стар, и просто задремал , а когда прибежала эта зверюга он запутался в своем плаще . После смерти отца стало тяжелее жить , с моим опытом в охоте и выслеживание животных мало что можно было поймать или убить, но я старался как мог . Время шло , спустя 5 лет после той страшной трагедии в моей семье, все стало приходить в норму. В возрасте 15 лет я был хорошим охотником в деревне. Начали поступать заказы на меха и шкуры . Время летело . Прошло 10 лет с тех пор , я похоронил свою мать , она не смогла пережить зиму которая прошла 3 года назад , суровая буря была. До этого мать заболела, кашлем и головными болями , дальше становилось только хуже . Местные ведуньи и знахарки ничего не могли сделать. Она скончалась не дождавшись теплых дней .Тогда я и решил отправиться искать лучшей жизни, в родных краях меня ничего уже не держало. Я не смог найти себе жену , да и самому не хотелось как остепеняться и пускать корни . Дом я смог быстро продать , вместе со всем его добром . На вырученные деньги я отправился искать себя и свой новый дом . И вот в возрасте 25 лет , я попал в город Хьёт , чтобы продать шкуры , когти и зубы разных животных от зайцев до волков . Среди них я слышал зазывал , которые звали людей на неизвестный остров для заселения его . Что же меня держит в этом проклятом месте , где хищник стал добычей и которой стало так мало что едва хватает на ночь в трактире и мерзкого пойла ? А ничего , и в тот же вечер я решил отправиться в новый мир для меня.
  3. Его боялись. Его проклинали. Им восхищались. С материнским молоком впитавшие северную доблесть и приверженность суровым северным богам, он не искал лёгких путей. В поисках славы, Торстейн и его команда из 72 доблестных войнов покидали свои студеные земли и отправлялись бороздить моря и покорять новые территории. Эти люди вошли в историю своей отвагой и мужеством и остались в ней навсегда. Люди прозвали их "дикари из Хортгарда". В самом слове "дикарь" живет романтика. Никто не мог сравниться с его ведением боя, образом этого бешеного громилы, державшего в страхе большую половину севера. Вот как и на этот раз, держа курс на юг, Торстейн и его команда попали под сильный шторм, драккар кренило из стороны в торону и они наткнулись на рифы и подводные камни, словно боги не были к ним благосклонны в тот роковой день...Придя в себя, и оглядевшись по сторонам, он понял, что его выбросило на берег, но никого вокруг не было, никто не выжил, лишь останки корабля и тела погибших еще плавали на поверхности буйных волн. Через три дня он обжился на острове, и получалось у него неплохо. У него было все, что надо для жизни. Ему приходилось делать то, чем он никогда не занимался. Торстейн жил, беспрерывно сражаясь со своей судьбой, думая, что конец близок и, что он вскоре воссоединиться с богами, но каково плохо ему не было, он принимал все со спокойствием и отвагой. Спустя некоторое время, воспоминания минувших битв и отчаяния от одиночества, начали брать верх над ним и он стал падок на выпивку и женщин.
  4. Vinsente Toratsa

    История моя проста и незатейлива. Родился в семье кузнеца, и с малолетства помогал отцу по работе. Всё шло к тому, что в дальнейшем уеду на выселки и открою свою кузню, но.. Князь, не поделив что-то со своим соседом, решил устроить небольшую победоносную войну, засим издал указ о сборе ополчения из сел и деревень. Куда попал и я. Первый год и первая кампания были адом. Погиб каждый второй новобранец, а тех кто выжил без перерыва бросили на следующую войну. Князь просто сдавал свои войска в наём. Мы умирали за непонятных военоначальников, в неведомых землях, за чужие цели и идеалы. 20 лет спустя срок моей службы истек. Получив на руки серебряную гривну и закинув за спину весь свой скраб я отправился в далекие края, в княжество Гвинделар, чтобы осуществить свою давнюю мечту и открыть кузню.
  5. Bron Slarson [Одобрено]

    История Брона Сларсона. Я сын ярла Сларса Мортансона Каменокожего. Я младший в семье, по мимо меня есть ещё два старших брата Билгроф и Грон. Билгроф как самый старший из братьев должен был унаследовать ярлство отца, но он был слаб телом и духом. Средний брат Грон всегда пытался оспорить право наследования, ведь он был более похож на отца и силой и характером. Я же, младший среди них, никогда не задумывался о власти и предпочёл посветить себя учению. Я учился читать и писать у странствующего монаха. После смерти отца Грон решил оспорить право наследования. Со своими соратниками он явился в дом конунга и вызвал Билгрофа на Хольмганг где и убил его. После празднования своей победы Грон отправил трёх наёмных убийц ко мне в дом. Под покровом темноты они смогли пробраться в спальню. Услышав шорох я вскочил. Увидев моё пробуждение убийцы накинулись на меня и на мою спящую жену. Я отбил первый удар и тут увидел, как жене перерезали горло, а дочь тащат прочь из дома. Второй удар пришёлся мне в лицо и я потерял сознание. Я очнулся в неизвестном мне месте и не смог открыть правый глаз. - и не старайся, у тебя его больше нет - произнёс кто то. Я повернул голову, рядом сидел старик. Я узнал что зовут его Хорун и что он волхв. Так же он поведал мне что дом мой сожжён. Я узнал что выжил чудом. Волхвы, что проходили не далеко от моего дома и увидели начинающийся пожар, вытащили моё окровавленное тело из полыхающего здания. О судьбе моей дочери он ничего не знал. Через месяц раны затянулись и я отправился в путь. Я стоял на борту драккара, глядя на удаляющийся берег и вспоминал слова волхва: "Нет тебе места более на родных берегах, тут ждёт тебя только смерть. Отбрось всё былое и начни новую жизнь на новой земле". Причалив к берегам Дантемара, я пытался найти работу в прибрежных городах, но учёные люди оказались не востребованы неграмотным населением. Лишь изредка удавалось подработать у зажиточных граждан написанием и прочтением писем. После не долгих раздумий я отправился в столицу но и там меня постигла неудача, мне так и не удалось ни куда пристроиться. "Может быть причина в моём покалеченном лице или ко всем приезжим тут такое отношение?" И в очередной раз сидя в таверне, где удалось снять самую дешёвую комнатушку я услышал песню барда о новом свете которая заставила меня задуматься. "А не попытать ли мне счастья в новом свете?" Я отправился с попутным кораблём, вёзшего таких же приключенцев как я, в новый свет. Но новый свет оказался не таким уж и прекрасным. Не успели мы высадиться на берег, как из ближайшего леса на нас напали разбойники. Мы пытались выстроить оборону, но все усилия были тщетны. Ведь все приключенцы были как и я, в той или иной степени изгои, оборванцы, не нашедшие себе место в старом свете. Бой был скоротечным, почти все были убиты или ранены. Мне же удар опять прилетел в лицо, потревожив старую рану, от боли я ненадолго потерял сознание. Очнувшись я увидел что разбойники добивают раненых и собирают трофеи. Благо я лежал в высокой траве и меня было плохо видно, да и бандиты были пока далеко. Я чудом уполз в лес незамеченным и добрался до какого-то поселения, но сил уже не было. Я снова потерял сознание. Придя в себя я узнал что нахожусь в Корчме...
  6. - Привет вам, тюрьмы короля, Где жизнь влачат рабы! Меня сегодня ждет петля И гладкие столбы. Роберт Бернс. Кап-кап, скрип-скрип, бздынь-бздынь... Чье-то тощее, покрытое рубцами и язвами тело, источающее отвратительный запах заворочалось в углу. - Бедный Маккой, он тут уже три месяца, и вряд ли вновь увидит солнечный свет. А мне повезло больше. Завтра, после обеда - меня казнят. Хе-хе-хе, хоть после этого, я не буду видеть мерзкой рожи палача... Когда в твой дом приходит война - ты перестаешь думать о себе. Откуда-то, из неведанных ранее уголков души, появяется отвага, чувство праведного гнева к врагам, и глубокий патриотизм к своей стране. Наша матушка, королева Лизабет, никогда до этого так не была любима народом. Все ждали, пока старая карга отправится к праотцам, а ее место займет ее любимый сынок, надежда народа - Теодор. Но в тот час, когда с запада, из Вестшира запахло дымом и кровью, она сделала то, чего никто не ожидал. Королева мать – собрала военный совет, и без всякой дипломатии и переговоров с венценосным братом Королем Сеоманом Справедливым, отправила войска на границу. Флот же, в это время шел в обход полуострова Хейнваст, на южные окраины Равенхольда, что бы осадить город с моря. Старушка все рассчитала верно. С берега, венценосного братца осадил флот, с востока, конница и пехота прижала его к горным хребтам. Одного не учла Королева Лизабет, что смерть может явиться в любой момент, к любому. После того, как сынок, Теодор занял престол, он начал строить из себя великого полководца. Под его мудрым началом, мы едва не лишились флота, и проиграли множество битв на суше. Когда положение наше стало бедственным, а войско Сеомана Справедливого шло по нашим землям, новый король отправил послов, дабы договориться о мире. Условием мира - стал оммаж, который вероломный свин Теодор - принес новому господину. Вот так, в течении полугода, мы стали вассальным королевством. Нам навязывали новые законы и порядки. Налоги взлетели вверх, от того, что слюнтяй Теодор пытался залатать таким образом дыру в казне. Начался мор, бандитизм, голод и междоусобицы. Многие в тот год уходили в леса, прибиваясь к лесным братствам, и отрядам борцов за независимость. Одним из них был и я. Ох, и покошмарили мы тогда поганых Равенхольдцев. Наши луки пели в ночи, а ночь становилась еще чернее от наших стрел. Мы нападали, били, и растворялись среди зеленых дубов Вудшира - леса предков. Мы знали его как свои пять пальцев. Для любого Гвиндебардского охотника, лесника, да и просто крестьянина – лес был одним из способов пропитания. Видимо, вояки Сеомана тоже смекнули, и решили потрясти крестьян, или подкупить кого-то из охотников. Тайные тропки более не были тайными. Нас ловили и казнили. Нас выставляли предателями короны, обвиняя в убийстве наших же крестьян. А Теодорус Слюнявый, как прозвали его мы, подписывал каждый приговор собственноручно, дабы угодить новому сюзерену. Ох, видела бы Королева Мать это, она его приласкала бы по голове, чем-то тяжелым. Утром, палач пришел ко мне и отпер цепи. - Сымай обувку. Размер как раз мой, заберу себе. Палач, по закону имел право забрать все вещи казнённого, что были надеты на нем ниже пояса. Но по закону ему надо было ждать конца казни. - Дождись, пока моя голова не покатится по земле, жирный боров, - плюнул я в его сторону. Удар был хороший. Во рту стало солено от крови, а на зубах заскрипело. - Сымай, сымай. Висельников все равно без бот вздергивают, - радостно забулькал палач. - А ты мне, пес шелудивый, еще напрудишь в новые сапоги. После этих слов мне стало не по себе. - Вешать? Вы нашим всегда головы рубили, чего ж теперь-то вешать собрались? - я поднял взгляд на палача. - Новый, энтот, приказ от канцелярии его величества. -Какого из? - Чегой? - переспросил палач. Умишком он не блистал, явно. - Какого из величеств, волоокий ты болван. Того что палил наши деревни, или того что слюнявая морда и предатель? - съязвил я. Тяжелый сапог палача прилетел мне в глаз, и я потерял сознание. - Именем, его величества, короля всей Эллии, Властителя Равенхольда, Гвиндебара и всея Хейнваста, Сеомана Первого... -мерзкую и заунывную речь слушать не хотелось, и я просто ждал, когда наконец на меня наденут веревку, и все закончится. - ... приговариваются к смерти, через повешение. Приговор окончательный... - Да заткнись ты уже, толстопузый! - донеслось от кого-то из приговоренных. Я оглянулся что бы посмотреть, кто это был, но не смог разглядеть, из за того, что правый глаз заплыл и ничего не видел. - Приступайте, - каркнул судья, и махнул рукой палачу. Тихий вдох, стук, скрип и хрип. Первый из стрелков отправился к предкам. Потом еще раз, стук, скрип, хрип, и тишина. Где-то надрывно закаркали вороны. И вот наконец, меня грубо хватают за волосы, и вскидывают мою голову. На шею одевается петля, подтягивается. Палач сзади хмыкает, и дергает рычаг. Я снова теряю сознание... - А этот то, чегой, висельник? Смотри какой след на шее? Прямехонько нежные объятья конопляной тетушки, ха-ха-ха! - Не трожь его, говорят что он не то бандит, жуткий душегуб, не то вообще колдун. - Да чего вы брешите, псы помойные? Это один из Вудширских стрелков. А вы всему верите, чего плетут глашатаи на площадях, да чего Тедди Слюнявый им приказывает говорить. - Тихо ты, услышит кто, как ты о короле, так нас... - Чего нас? Мы и так на каторге, тьфу, пропасть! Парень, вставай, вставай. Тебе сильно повезло, порвалась твоя веревочка, а второй раз вешать нельзя. Три года тяжкой работы на рудниках. Три года жизни крота, в темноте и питаясь всем, что можно найти. Три года среди отбросов, преступников, воров, и... И самых честных и смелых людей, коих сюда запихнули за их слова и действия. Три года, и один месяц, пока ночью нас не разбудили стражники, и не повели во двор из бараков. С каторги короля, продавать каторжан - запрещалось законом. Но главный надсмотрщик и стражей хорошо получал от работорговцев, и по этому риск был оправдан. Вот так я и покинул темные пещеры каторги. Одноглазый, тощий, грязный, и злой как тысяча барсуков. Где-то под Торни, в землях северных готлунгов, на наш обоз напали разбойники. От нас им ничего не было нужно. Да и продать нас они не могли. А вот наших новых хозяев, ради мечей и золота они перебили с удовольствием. Эти крепкие парни, выглядели как недавние крестьянские сыновья, и взяли обоз со стражей – количеством, а не воинским умением. Наша же судьба их интересовала мало. Но новые люди им были нужны. Я был единственным, кто отказался. -Куда ты пойдешь? Ты босоногий, в лохмотьях, без оружия. Да первый разъезд арестует тебя, и поедешь ты уже на наши рудники. - смеялись они. - Тогда давайте так. Пусть будет добрый спор, не желаете? - спросил их я. - Есть у вас хороший охотник? Если я его перестреляю - дадите мне сапоги, с во-он того парня, - показал я на убитого стражника. - Ну и лук с ножом. - А коль не попадешь? Чего ты дать то можешь, босоногий? - А коль не попаду, пойду в вашу банду. Эти, - кивнул на недавних братьев по несчастью - совсем ничего не умеют. А я был лесным стрелком, на родине. - Ну ты наглый парень. Ну и хрен с тобой. Мы с них и так поимели неплохо. Сапоги и так, и так получишь, забирай хоть сейчас. Но на ножичек - давай постреляем. Через полчаса, в новой одежде, с ножом и при сапогах я шел по тракту в сторону Дантемарской границы. Парни оказались довольно порядочными, для разбойничков, но и очень азартными. Так что в моем кошеле весело звенели две серебряные монетки. Прощаясь с ними, они сказали что такому парню как я, либо в разбойники податься, либо в Новый Свет плыть. Говорят, что там нужны люди. Снова на каторгу - ой как не хотелось, и решение приходило только одно. И через три недели, я спустился на берег, у столицы Новой Земли – Гвинделара.
  7. Я Тормунд. Тормунд Топор или Тормунд сын Сигурда. Моя мать называла меня так, когда была мной недовольна. Я из славардов. Мой отец, Сигурд, был строителем. С отрочества, еще до того как я получил свой браслет, я помогал ему и научился всему что он умел: тесать камни, валить деревья, обтесывать бревна, распиливать их на доски, мостить камнем дороги. Однако пусть вас не введет в заблуждение мирный характер профессии моего отца. В наших краях любой мужчина должен уметь многое, чтобы выжить. Ловить рыбу, охотиться, пахать огород, строить и конечно владеть оружием. Без этого не проживешь. Любой мужчина получив браслет их рук ярла мог заявить о своем желании пойти с ним в набег. Летом множество драккаров отправлялось на юг, восток и запад, полных смелых воинов жаждущих добычи, славы или почетной смерти на поле боя. В то время в наших краях правителем был ярл Харальд. Вручив мне браслет, он увидел у меня за поясом маленький плотницкий топорик, с которым я не расставался почти никогда, и удивленно спросил не им ли я собираюсь убивать врагов? В пиршественном чертоге ярла, где проходила церемония, все засмеялись. "Нет не этим. У меня есть большой топор для рубки деревьев", - смутившись ответил я, и добавил. - "Хотя и этим я смог бы убить кого угодно." Все засмеялись снова, однако вперед выступил юноша моих лет, как оказалось потом племянник ярла живший в его семье "на воспитании". Так у наших правителей называлась форма удержания заложников, сыновей или дочерей из других семей, часто родственников, в качестве гарантии от притязаний на земли или титул ярла. Усмехнувшись он посмотрел пренебрежительно на меня и спросил: "И меня бы смог?" Он стал провоцировать меня, говоря, чтоб я не дрейфил, а вокруг все стали поддерживать его и смеяться надо мной и кто-то крикнул: "Хольмганг!" И все стали повторять: "Хольмганг! Хольмганг!" Племянник ярла развел руки в стороны: "Ну что? Люди хотят хольмганг!" От вызова на поединок нельзя было отказаться, хотя этот древний обычай и превратился при дворе ярла Харальда в узаконенный способ убийства или расправы или потехи, на которую в ту минуту рассчитывали те, кто выкрикивал из толпы требуя поединка. - Я дам тебе фору, плотник, - сказал племянник ярла. - Я буду бить тебя только тупым концом. - сказал он, показывая на обух своего боевого топора. - Пока не разобью твою немытую рожу в кровь и ты не попросишь пощады. Поединок начался. Племянник ярла кружил вокруг меня, дразнил меня, кривлялся, притворяясь, что боится на потеху публике. Он был легче и шустрее меня, однако я не давал себя бить и выжидал. И вот он сделал выпад, попытавшись ткнуть меня концом рукояти в лицо, я не стал уклоняться назад и поднырнув под его вытянутую руку ударил его рукоятью топора в живот. Соперник охнул, явно не ожидав от меня такой скорости, но я уже был у него за спиной, а лезвие всегда острого плотницкого топора уже чертило на его шее красную черту. Еще немного и я бы перерезал ему горло, но я остановил руку. Струйка крови потекла из пореза куда-то под стеганку зачинщика поединка. Толпа замерла, ожидая неминуемой развязки. - Так, так! - заговорил ярл Харальд. - Не успел получить браслет, а уже хочешь убить моего любимого племянника и навлечь на себя гнев богов? - Все было честно. Это был хольмганг, - сказал я, и опустил топор. Племянник ярла обмяк, как тряпичная кукла, и упал на колени. Я не видел его лица, но надеюсь в эту минуту на нем был страх. - Я чту богов, - ответил ярл. - Однако давайте не будем портить праздник! - Эй там! - крикнул он рабыням. - Налейте-ка сыну плотника эля! И пусть все запомнят его как ... Он повернулся ко мне. - Как там тебя звать? - Тормунд. - И пусть все запомнят его, как Тормунд Топор, в честь этого славного поединка! - и добавил. - И я запомню. Пир продолжился. В то лето я получил первую свою добычу в набеге на южные земли. Отец сказал, что гордится мной. В последующие годы были набеги, была тяжелая крестьянская работа, были драккары и новые дома в столице ярлства, для которых мы с отцом заготавливали древесину. Я становился все сильнее и уже большой двуручный брайдекс казался мне легким в бою. Однако ярл Харальд не зря обронил слова о том, что он запомнит меня. Человек он был злопамятный. В ту зиму мы с отцом начали работать на местного кузнеца в его шахте. Шахтерская работа не очень отличается от плотницкой. Махать киркой или топором по мне так это одно и то же. Отец заготавливал балки для укрепления потолка, а я углублял шахту. И все было как обычно, но в один из темных зимних вечеров я был в таверне. Изрядно выпив эля после целого дня тяжелой работы, я повздорил с одним из людей ярла. Я не знал кто он такой, я был просто сильным тупым пьяным молодым бараном, который хватается за свой топор по любому поводу. Боги разгневались на меня и помутили мой разум. Я случайно убил его, ударив наотмашь обухом моего топорика в висок. Он рухнул. Все видели это и это не было законным поединком, угодным богам. Меня скрутили, да я и не сопротивлялся, поняв, что произошло непоправимое. Суд ярла был скорым. За убийство мне полагалась смерть, однако сначала ярл приказал приковать меня к столбу на центральной площади, чтоб все проходящие мимо могли кинуть в меня коровьим дерьмом или камнем. Я ничего не ел три дня, а ночью меня колотило от холода, однако никто не смел помочь мне, кроме ... моего отца. Рискуя навлечь на себя и всю мою семью гнев ярла он помог мне бежать. Оставаться в ярлстве Харальда было нельзя и я отправился странствовать на юг и мой топор быстро нашел себе работу. Кровавую работу. Я служил 15 лет наемником в землях готлунгов разным хозяевам. Я не брезговал грязной работой и убивал за того кто больше платил. Я участвовал в войнах и набегах, грабил и насиловал. Я выбросил свой браслет, чтобы никто не мог узнать откуда я родом и кто когда-то вручил мне его. Однако прозвище "Топор" приросло ко мне навсегда. Я не расстаюсь с ним и теперь. Боги снова прогневались на меня и я совершил вторую в своей жизни роковую ошибку. О ней я не буду рассказывать. Может когда-нибудь потом я расскажу эту историю, когда кружка эля развяжет мне язык, но не теперь, не теперь ... Я вынужден был снова податься в бега и примкнул к морским пиратам грабившим караваны и нападавшим на бедные рыбацкие поселения по берегам северного моря. Я снова грабил и убивал не во славу богов, но ради .. Ради чего я убивал? Мои "дружки" пираты побаивались меня и тихо ненавидели, так как никто не хотел пообщаться с моим топором. Однажды ночью, когда я был сильно пьян и спал они выкинули меня за борт на корм рыбам. Я мгновенно протрезвел, однако когда я вынырнул вокруг было темно, волны захлестывали меня с головой. Приходилось бороться с волнами, чтобы хотя бы просто держаться на плаву, но силы покидали меня и я пошел ко дну. Когда я очнулся на неизвестном берегу я понял, что боги дали мне еще один шанс, оставив меня в живых. Позже я узнал, что земля, на которой я оказался называется Новая земля и это небольшой континент. Это и есть то место, где я сейчас. Выживать в дикой природе мне не привыкать и здесь я точно не пропаду, но я дал клятву перед богами, что мой топор больше никогда не прольет крови без их воли.
  8. Можно сказать — Ида родилась в ином мире. Отрезанная горной грядой и непролазными чащами деревушка на двадцать домов вполне могла претендовать на это звание: иной язык, иной склад ума, иные обычаи. Да и связи в «внешним миром» не было. Из чужаков Ида видела только забредшего к ним случайно охотника, оставшегося, впрочем, сначала на зимовку, а потом и насовсем. Он и рассказывал любознательной ученице травницы о «большом мире». Росшая на этих рассказах, Ида втайне от родителей и сестры мечтала, что однажды увидит всё это своими глазами. Она старательно пыталась учить чужой язык, готовила небольшую котомку. Умение обращаться с простым самодельным луком придавало ей смелости. В мечтах и надеждах молодая девушка уходила в лес за травами на недели, частенько отходя от деревни дальше, чем следовало. И однажды ей не повезло. Невовремя подвернувшаяся ветка, вспугнутая птица, короткий полёт — и травница приземлилась на что-то большое и мягкое. Медведь опешил от такой наглости, и только это спасло Иду от верной смерти. Испуганным кроликом девушка метнулась к оврагам, надеясь исчезнуть из поля зрения хищника. Увы, медведь только кажется неповоротливым. Забег продолжался не так уж и долго. Свистнули когти, но именно в этот момент травница запнулась и снова упала. Могучая лапа не задела её. А потом из леса метнули копье. Охотник попал медведю по шее, но легкое копьецо застряло в густом мехе. И без того разозленный, хищник взревел и заметался. Иде, бывшей рядом, пришлось не легко. Уворачиваясь от когтей, она пыталась отойти от зверя. Охотник воспользовался моментом. В раззявленную пасть метнулось второе копьё: тяжелее и прочнее предыдущего…с последним ударом удача Иды испарилась. Уже на последнем издыхании хищник неуглюже взмахнул лапой и задел девушку. Измученная погоней и страхом она продержалась на ногах недолго и почти сразу упала в обморок. Очнулась Ида в аккуратном домишке. Охотник и его жена с вниманием и добротой заботились о ней, но, увы, полностью вылечить так и не смогли. Когти медведя прошлись по горлу и груди не слишком глубоко и не задели кровяных жил, но мышцы потрепали изрядно. Некоторое время Ида даже говорить не могла. Постепенно речь восстановилась, девушка оправилась от кровопотери… Пришло время покидать гостеприимный дом. Но возвращаться в родную деревню Ида уже не хотела. В большом мире было так интересно! И иные языки... Например, новые друзья и знакомые иногда называли её странным именем - Меркет. Жена охотника пояснила, что это слово означает "меченная". Из когтей медведя мало кому удавалось уйти живым, а потому, раненный лесным Хозяином имел полное право считать себя отмеченным удачей. Иде понравилось. Некоторое время спустя она начала зарабатывать, собирая травы и помогая с уходом за огородами, а потом, накопив денег, отправилась в путь. Добравшись до ближайшего порта, Ида без раздумий купила билет на первый попавшийся корабль, даже не поинтересовавшись, куда он идёт… После того, как судно отошло от берега девушка поняла, что погорячилась: у травницы разыгралась безумная морская болезнь…спустя некоторое время, корабль зашел в какой-то порт. Ида вылетела с палубы, словно по пятам за ней гнались медведи, а капитан — усатый и добродушный — необидно посмеивался ей вслед. — Больше на корабль ни ногой! — простонала себе под нос травница. — Тогда, тебе нужно где-то жить? Ведь домой ты теперь не сможешь вернуться по суше, — раздалось совсем рядом. — Если хочешь, в городе найдется для тебя местечко. Мужчина в кольчуге рассматривал девушку с живым интересом. — Я, кстати, Том. …крыша над головой, отсутствие медведей и кораблей. Ида зажмурилась и кивнула. Вот уж воистину - меченная удачей. — Перед тобой стоит Ида. И Ида согласна.
  9. Tonni Martin

    Тонни Мартин. Родился в семье плотника и обычной фермерши в граде Маунтфент. С раннего детства отец учил обработке древа и его добыче. Не то чтобы я не любил копаться в земле, но все же мальчику лучше пойти по "мужскому" пути отцовской работы. Так и пошло. С 14 лет уже сам иногда зарабатывает на плотничном деле. К 16 годам отец перед смертью передает ему свое рабочее место для продолжения отцовского "бизнеса". В 17 лет принимает от малого торгаша Аркио Инерея заказ на пару торговых повозок. Слово за словом и сдружились с начинающим торговцем. Он мне умудрялся покупать инструмент по очень заниженным ценам у местного пьяньчуги-кузнеца и отдавать мне по закупочной цене. После нападения хурсов на земли в числе беженцев отправился в даль в надежде на возвращение в прежнюю жизнь.
  10. Я мужчина-хурс, тридцати семи лет от роду. Лицо загорелое, покрытое морщинами, говорящие о том, что ветер и солнце были моими спутниками на протяжении жизни. Там откуда я родом люди занимаются скотоводством и охотой, но главным из них, определившим самую основу нашего образа жизни, было все же круглогодичное кочевое скотоводство. Владея большими табунами, мой отец был достаточно богат, чтобы позволить себе кочевать отдельным аилом. Но это означало что вся работа ложилась на плечи семьи. За много лет мы пережили множество набегов и грабежей, я и мои братья были опытными наездниками и воинами, но последняя родовая война стала роковой для нашей семьи. Они убили всех. Отца, мать, моих сестёр и братьев, угнали весь скот, а то что не могли увезти сожгли. Тогда я лишился всего и остался один на один со Степью. Сложно было пережить такой удар судьбы. Я покинул эти земли и ушел в обратном направлении, веря в то, что если идти назад, можно вернуть утраченное. Долгие пятнадцать лет, я скитался по степям, лесам и горам, заходя в поселения, чтобы обменять меха на нужные мне вещи. Однажды судьба закинула меня в новый водоворот событий, словно хотела проверить насколько имя данное мне при рождении было оправданным. Той ночью на мою стоянку вышла ватага разбойников-работорговцев, не успел я толком проснуться, как меня вырубили ударом по голове. Работорговцы, умеющие разбираться в "живом товаре" увидели во мне неплохую выручку, связали и погнали вместе с остальными рабами. Этот скорбный караван двигался на запад. Мне давали пищи чуть больше, чем остальным пленным, потому как за сильного и здорового мужчину, давали приличную цену. Три месяца мы двигались в западном направлении, пока не достигли большого портового города. Здесь, караван распродали. Я попал в руки купца пряностями, ему как раз нужны были выносливые и сильные носильщики. Два года жил я и работал на торговом судне не разгибая спины. Хозяин этого дырявого корыта, дорожил своей собственностью, в том числе и людьми, хоть мы и работали не покладая рук, но и кормили нас вполне достойно, хватало чтобы не потерять силы. Время летело незаметно в тяжелых трудах, я стал привыкать. Но в одну из ночей небо налилось свинцом, а тучи закрыли звёзды, море как вздыбленный зверь начало изгибать свою щетину. Молнии рассекали ночное небо вонзаясь в горизонт, волны раскачивали корабль с такой силой, что трещали доски. Матросы не успевали опустить паруса. Ветер ударил в них с такой яростью, что мачта корабля почти легла на водный хребет надвигающийся с другого борта. Полотнище с лихвой зачерпнуло воды, раздался ужасный треск, это стихия вырвала мачту с корнем и швырнула обломок на палубу. Этого было достаточно, чтобы прогнившее дерево не выдержало и затрещало по швам, волна нашла свой путь в чрево гибнущего судна, корабль начал тонуть. Рабы в трюме чувствовали себя как внутри детской погремушки, нас кидало из стороны в сторону, швыряло об пол. К счастью дверь запирающая вход в трюм, брызнула дождём из щепок после очередного удара, открыв возможно единственный путь для спасения. И я им воспользовался. Расталкивая тела, поскальзываясь и падая, я прорвался к отверстию и выбрался на палубу. Вокруг царил хаос, обломки и трупы лежали вперемешку, то что осталось от снастей бешено болталось под порывами ветра, кто-то орал не своим голосом. Ещё удар, палубу выбило из под ног и меня бросило в круговорот, это было последнее что я помнил о той ужасной ночи. Солнце пробивалось через сомкнутые веки, прибой омывал меня, в голове еще стоял звон. Мне показалось я услышал приближающиеся шаги и кто-то склонился надо мной. Ишь, чаго прибило к нашим берегам… - услышал я скрипучий голос. Тут человек! - крикнул он на знакомом наречии Степи куда-то в сторону. - Ветер сказал мне что ты придёшь, вставай, хватит разлеживаться, тебя ждут.
  11. "Кто ты бродяга?" спросите вы. Пусть вам расскажет ветер, он бывает всегда, он бывает везде, пусть он поведает. Он знает больше чем любой из людей, вслушайтесь в его шёпот... ...Слышите? Ветер шепчет о просторах Степи. Краю, где можно скакать от рассвета до заката и не встретить ни одного деревца, лишь редкие низкорослые кустарники да холмы. Травяное море, в которое, умирая на исходе дня, падает солнце. Здесь ничто не удержит вас от безумного галопа в попытке догнать небо, здесь вы узнаете, что значит свобода. Ветер Степи наполнял мой первый вдох, слышал мой первый крик, убаюкивал меня, унося в мой первый сон. ...Слышите? Ветер поёт о великом Нагай-Унуре мудростью своей и решимостью обуздавшем Степь. О сотнях сотен воинов, славных своей храбростью и стойкостью. Среди них был и Сохор. Старый Сохор знал многое, да... Знал он тайны трав, знал как слушать ветер, как говорить с тоси1, как добыть духов-помощников, как прогнать болезни. Двадцати лет от роду я сильно захворал и стал видеть очами, слышать ушами то, чего не видели и не слышали другие. Несколько лет я перемогался и никому не говорил о том, что со мной, я опасался, что люди не поверят, будут смеяться. Наконец, я разболелся до того сильно, что угрожала мне неминуемая смерть. Тогда Сохор сказал, что это тоси давят, проголодались и жаждут общения, выбрали меня проводником. Мне было велено стать камом2. Обряд посвящения был тяжёлым, я перешёл границу между живым и мертвым. Я видел, как духи рассекли моё тело на куски и варили их в котле, прежде чем сложить снова, я чувствовал, как мне вынимают глаза и вставляют новые, пробивают уши, чтобы я смог слышать голоса духов. Потом они собрали моё тело заново. Теперь я Говорящий, проводник голосов тоси в среднем мире, а живых в миры духов. ...Слышите? Ветер плачет о Дал-Хангае которого больше нет. О десятилетней войне забравшей всё. Войне Родной Крови. Тоси предупреждали нас о надвигающейся беде, но мы были слишком горды, слишком слепы. Тогда нам казалось, что установившийся мир и благоденствие под управлением Хозяина Степей будут вечными. Как же мы ошибались... Весной джуд3 не давал животным добывать траву, многие стада поражал голод, страшнейшее время. Летом же нас терзала засуха, Отец-Небо гневался на своих беспечных детей, от голодной смерти нас спасали только запасы хурута4. Сильнее засухи, сильнее любого голода сердца и умы молодых сыновей Нагай-Унура терзали амбиции и жадность. Их отец старел, терял твёрдость и уже не мог удержать кланы от междоусобицы. Брат пошёл войной на брата, пламя вражды разгоралось всё сильнее, выжигая Степь, оставляя в душах пустыню горечи и ненависти. В конце концов, племя младшего из братьев - Тамира потерпело поражение в решающей схватке. Потом был исход, выжившие в тот чёрный день покинули родные земли, спасаясь от ярости Амбагая. Но не было нам спасения даже на Большой воде, корабли ослеплённого жаждой крови победителя настигли нас. Признаться, я очень плохо помню этот бой, храбрые воины приставленные молодым ханом оберегать мою жизнь пали, сам же я был оглушён, сквозь пелену беспамятства я слышал крики, меня кто-то тащил. Потом был ещё удар, одежды тянули на дно, вода заполняла лёгкие, холод, мрак... Очнулся на берегу, духи Большой воды решили не забирать меня. Голова болела, в горле пересохло, я брёл вдоль берега пока не увидел сигнальный костёр, тут силы окончательно оставили моё тело. Пришёл в себя я уже в лагере. Теперь я спрошу вас: "Кто же я, бродяга?" ____________________________________________________________________ 1Тоси – духи предков. 2Кам – шаман. 3Джуд – сильная гололедица в степи. 4Хурут – очень кислый творог, высушенный на солнце до каменного состояния.
  12. Sakha Ess

    Sakha родился на юге острова, который сами его обитатели называли Старванд. Быт на островах был обычным для этого северного архипелага: охотники, рыболовы, земледельцы. Sakha всегда любил природу и потому был чрезвычайно чутким до трав да кореньев целебных. Наш северянин жил в совсем небольшом поселении, которое занималось земледелием, все его обитатели были крепкие, здоровые люди и чужались работы в поле или лесу. Sakha заслужил уважение среди своих соплеменников, вылечивая их раны и борясь с болезнями в деревне, хотя при набегах и сам мог надеть свою кольчугу и взяться за клинок, которым хорошо владел. Жизнь на острове шла своим чередом, пока жители соседнего поселения не озлобились, возжелав плодородные земли на юге. После изматывающих и кровопролитных боев люди решили спасаться от агрессии захватчиков с севера по морю, но народ Старванда никогда не был силен в кораблестроении, поэтому бой, который завязался на побережье, пережили далеко не все. Застигнутые врасплох, островитяне ринулись к лодкам, но напавшие ночью северяне были неумолимы, смерть косой прошла по рядам спасающихся... Раненый и измотанный Sakha упал в лодку, которую унесло в открытое море...
  13. Mergen Jochi

    Меня зовут Мерген Джучи, я Хурс из племени Зарка. Мои родители занимались скотоводством и торговлей лошадьми. На наше время пришла беда, междуусобных войн между королями, за территорию. Наше племя, отдало все ценное что у нас было, получив копейки Лишившись возможности торговли, мы начали голодать. Многие воины уходили на службу к королям. Туда же пошел и я. В первый же день нас посадили на корабль. Мы плыли долгих семь дней и попали в страшный шторм. Судно не выдержало непогоды и корабль разбило о волны. Многие мои соплеменики утонули. Не знаю сколько времени нас носило в океане, но когда силы были на исходе. Бог смиловался над нами и мы увидели землю, на горизонте. Из последних сил, преодолев расстояние. Мы оказались на земле...
  14. Бирген Адальштейн Родился Бирген в небольшой деревне Арко.В семье Охотника.Отец:Рут,строгий,вспыльчивый,Юана добрая,и спокойная. Рут учил сына всему что знал.Стрелять из охотничьего лука и как правильно пользоваться копьём что бы охотиться на крупных животных на охоте.Как выслеживать агрессивных и не агрессивных животных.В свои десять лет мальчик с наибольшим рвением помогал Руту на охоте.Медленно но уверенно перенимая все знания и опыт.становился способным охотником Шли годы,Биргену уже тридцать лет,ни жены не детей он был холостяком.Рута и Юаны давно нет в живых.Годы взяли своё. Поздняя осень. Бирген Адальштейн с пятью товарищами охотниками отправились в лес Гранцшольц лощина "Медвежью пасть" именно это место было излюблено охотниками обилием крупного зверя:меткие Братья - Нугом и Дули,резвый мастерски владеющий тапором Грут,вечно не довольный,но отличный следопыт Крус,болтливый но крепкий Бук охотились в лесу.Нужно было запастись припасами на зиму и для продажи в местной мясной лавке "Веселый лось"торгаша Борина. Адельштейн всегда поставлял ему свежее мясо , за что Борин платил за частую не доплачивая.Но голодать не приходилось. Вышли на опушку, Бирген выследил сначала зайца его добыли быстро и без шума(Мелко ну вкусно подумал Бирген). После Крус с лёгкостью выследил по следам.кабана?Всё лучше чем ничего.Выдвинулись в направлении старого дуба, а за ним высокая ель. Крус:На вскидку кабан должен был крупным.Не молодой самец.По следу видно что не мало весит он.Будьте внимательнее!Значит много мяса в нём.Пять охотников прошли в перёд. Бирген не спешил идти понимал что кабаны крайне агрессивные и быстрые злобные когда их ранят.Послышались резкие крики. Шум. и топот.Бирген стремительным движением выскочил в перёд с топором за спиной и копьём в руке к еле где увидел жуткую картину.Рук лежал на земле без сознания,видимо сильно пришиблен зверем. Грута кабан топтал и придавливал к высокой Еле,Бук лежал без сознания в Кустах.Дули и Крус стоя на безопасном расстоянии стреляли из луков в кабана. Нуг хрипел и сопротивляясь и нанося удары топором. В кабане уже были четыре стрелы и множество кровавых следов от тапора. он истекал кровью но всё продолжал топтать и рвать охотника как ни в чём не бывало. Бирген выставил копьё в перёд и нацелился на кабана с разбега как жало вонзил его прям в спину. Животное качнулось,мгновение, упало,придавило под собой ещё живого но измученного охотника. Схватка закончилась.Досадный случай. Потрёпанные,раненые,уставшии. У Нуга сломаны два ребра и вывих руки. Бирген вправил её мастерски. У Грута сильный ушиб левой руки и сотрясение головы,скользящие ранение живота.У Бука огромный синяк на всю спину и много царапин от веток дерева.Но живые.Опытным охотникам не привыкать к подобным травмам на охоте.Не редко так и случалось. В скором времени всё заживёт.Шрамы красят мужчин. Нужно спешить в город Лориан куда обычно после охоты возвращались охотники для сбыта мяса и покупки новых стрел и провианта для охоты,Грута,Нуга,и Бука здорово потрепал зверь. Перевязали раненных,наносили веток,разожгли костёр,напоили тёплым душистым чаем из трав (в негласное правило не пить на охоте спиртного), и накормили из тех припасов что были.разделали тушу кабана. он оказался очень крупным и месястым. Все мясо положили в телегу она стояла на окраине леса по частям в несколько ходок носили,мяса оказалось много.туша кабана себя оправдывала.За всё время охоты охотники добыли только пять зайцев и одного кабана. Не шибко много,да? Не продать но и с голоду не помереть. К утру следующего дня.Грута,Нуга и Бука отвели к местной знахарке Оливии она их быстро поставит на ноги.За это ей пришлось отдать все тушки зайца.Дорого но выбора не было.Бирген в Лориане завидев толпу юных девушек возле продуктового магазина уже во всю уже травил байки о схватке с кабаном мастерски приукрашивая некоторые моменты,приятно удивляя противоположный пол.А те с удивлением смотрели на него и посмеивались. А зачем расстраивать молоденьких девчушек,не так ли?С каким трудом ему и его товарищам пришлось поохотиться на зверя, это останется тайной.Не принято было рассказывать о неудачных случаях на охоте.Бирген и тек то стоял на ногах решили, что нужно отпраздновать "успешную" более и менее но с счастливым концом охоту, и отправились в таверну "Храмой Джос"много выпивки и немало распутных женщин,можно расслабиться ,напиться и забыться в компании Дули,Круса пропустить по кружечки Делиинского сидра. Именно в этой таверне в пьяной драке две зимы назад Бирген и познакомился с Нугом,Дули,Грутом,Крусом и Буком стали слаженной командой и умело охотились. Там же за соседним столиком пьяные матросы разговорились и Бирген услышал любопытный слух:Что в соседней деревне Клихте завтра утром , возле моря , снаряжается корабль в море и набирают работяг выносливых,крепких мужчин. Бирген подумал:Надо немедленно отправляться в путь! Жажда переключений играла в крови. А как же товарищи? У них семьи здесь и прекрасно справятся без меня.У меня семьи нет,терять нечего.Ни что тут не держит. Бирген не успел сильно напиться. Товарищи его удалились по комнатам. Прихватил с собой Деллинского сидра( так на всякий случай). Сел на коня и отправился в путь. Ехал всю ночь, лишь изредка останавливаясь для того что бы дать коню отдохнуть . Уже солнце поднималось на горизонте. Вот вижу село вон море и корабль возле берега. Суета на берегу.И группу людей возле него. И мысль: Успел! Бирген подъехал поближе,слез с коня. Подошёл к большим тюкам которые спешно грузили. Все очень активно и спешно двигались.Было понятно что корабль вот вот отчалит.Всеми командовал высокий, рыжеволосый мужчина. Он стоял на корме отдавал чёткие указания. Бирген не растерялся и подошёл к нему. Приветствие. Я слышал что Вы набираете в команду сильных,выносливых мужчин? так? Высокий мужчина:Да, верно.А ты силён как кажешься? вынослив? Бирген:Да.не слабый. Высокйи мужчина:Докажи.Вон два больших скопа больших тюков с припасами. перенеси в одиночку на корабль.Времени мало. Вот вот отчаливаем. Бирген не растерялся. И начал загружать эти тяжеленные тюки.думая про себя:И зачем я согласился.Надорвусь же. И постепенно уверенно всё грузил и грузил и загрузил. Когда на берегу уже было пусто. Когда Бирген заносил последний тюк, проходил мимо рыжего, высокого мужчины возле трапа. Он улыбнулся и без лишних слов кивнул. Так я попал на корабль и открылись новые горизонты.