• Правила общения в форуме: Вопросы, просьбы и жалобы к Game Master

    Дабы исключить оффтоп из тем с прошениями и жалобами вводится следующее правило.
    В темах данного раздела форума могут отписываться только:
    1. Подающий прошение (жалобу)
    2. Тот на кого подаётся прошение (жалоба) - если претензии к гильдии, тогда общается не более одного человека от гильдии
    3. Администратор или GM сервера рассматривающий прошение (жалобу)

    Сообщения от любых других пользователей в темах этой ветки форума будут квалифицироваться администрацией как злостный оффтоп и наказываться соответственно правилам форума.

Эмблема Ilves House.jpg

 

 

 

 Молодой свин, невесть как отбившийся от своего семейства, деловито шебуршился у корней орешника, выискивая не съеденную иными зверями лещину. Корм явно нашёлся, а потому кабанёнок, увлечённый едой, вовсе не обращал внимания на деловито греющего дыханием руки охотника. Удобный вяз, на котором он хотел встретить ночь, рос в двух десятках шагов от упомянутого орешника, и стрелковой позиции лучше было не найти.

 «Ну-ка сейчас я тебя...» — подумал Илвес, разминая пальцы и аккуратно вынимая стрелу из тула. Да, молодой, явно годовалый свин - отличная добыча. Подвесить его на ночь на сук, а утром порадовать себя жареным мяском... Да ещё и шкурку кому-то можно будет сбагрить! Стрела легла на тетиву, сильные пальцы потянули оперение к уху...

 — КРА-А-А-АК!

Сук, на котором он сидел, всё же подломился, спугнув как птиц, так и кабанчика. Заверещав, тот ломанулся сквозь кусты, то и дело путаясь в зарослях и собственных копытцах, оставляя ясно различимую борозду в снегу.

— А вот не уйдёшь! — крикнул охотник, отплёвываясь от снега и торопливо вскакивая, тут же начиная отряхивать лук и тул.

 Свин его не слышал, он бежал куда подальше от ужасного хищника, который так громко трещал деревьями и, наверняка, был очень большой и злой - кабанчик даже не оглянулся ни разу.

 Илвес помчался за ним, ему не хотелось распрощаться со своим завтраком и заработком. Погоня продолжалась буквально несколько минут и окончилась... довольно неожиданно: из какого-то оврага выметнулась светло-серая тень и вцепилась в загривок  порося. Тот заверещал на всю округу, а охотник был вынужен остановиться и попятиться. Здоровенный, пусть и исхудавший, волк поднял окровавленную морду и развернулся к нему. А рядом из-за сугроба вышагнули ещё двое.

 Без вариантов.

 Будь волк один - Илвес попробовал бы его убить или прогнать. Но трое оголодавших хищников... А потому он сделал единственно верное - швырнул ногой снежную груду в морду ближайшему и метнулся к неказистой яблони. Звери - за ним. Птицей взлетев на середину высоты деревца, охотник не успел перевести дух, как в пяди от его сапога лязгнули острые зубы - ветви были не на такой уж большо высоте.

 — Да чтобы вас! — Кыш от меня, у вас там вон, мясо стынет. Увы, волкам явно хотелось разнообразить свой рацион. — Ну сейчас вы у меня попляшете...

 Постаравшись устойчиво пристроиться в ветвях, Рысь наложил стрелу на тетиву и быстро выстрелил. Раздался взлай и хрип, и один из хищников упал как подкошенный со стрелой в шее. Вновь тетива приняла на себя гладко оструганное древко, вновь перья смяты пальцами... Но волки, наученные судьбой своего сородича начали бегать кругами, не желая распрощаться с жизнью. В обычной обстановке Илвес смог бы их подстрелить, но на то и дело поскрипывающих под его весом ветвях он вообще боялся лишний раз крутиться на своём «насесте». Между тем солнце медленно клонилось к закату. Оставаться здесь было верно смертью, он наверняка свалится, если заснёт. А бодрствовать долго не получится, ибо в предыдущие сутки нормально отдохнуть не смог. Да ещё и ветки эти, так и норовящие подло...

— КРА-А-А-АК!  — Он услышал это второй раз за день и второй же раз рухнул в снег. С той лишь разницей, что теперь внизу его ждали.

 Острый сук вспорол кожу над бровью, отчего кровь тут же залила лицо. Ближайшая серая тень метнулась к нему... и тут же напоролась на выставленный нож, пробивший нёбо и вошедший остриём в мозг. Руку залило горячим и алым, Илвес попытался быстро встать, но тут же врезавшийся грудью третий волк повалил его наземь. Зубы лязгнули перед лицом, охотник мотнул головой, отчего холодная жёсткая шерсть ссадила кожу на скуле. Удар локтем оттолкнул зверя, но это позволило выиграть лишь пару мгновений. Волк вновь прянул вперёд, вынуждая отстраниться, вжимаясь головой в сугроб и выставляя вперёд левую руку, острый клык впился в предплечье... Илвес вскрикнул, дёрнулся, рукав оказался вспорот и плоть рассекла глубокая борозда. Вслепую нащупав обломок ветки, юноша ударил наотмашь. Острый конец вошёл точно в ухо зверя, глубоко погружаясь в череп, вынуждая забиться в судорогах.

 Тяжело дыша, Рысь выбрался из под его туши, вытирая залитое кровью лицо.

  — Вот и справился... уф-ф... Вот дрянь! - Беззлобно ткнув сапогом в бок побеждённого зверя, охотник подобрал нож и сунул его за пояс. Затем быстро вытащил тряпицу из тощего рюкзака за спиной и перемотал предплечье.  — Надо бы убираться отсюда. 

 Впрочем, просто так уходить он не собирался, а потому предварительно торопливо содрал с волков шкуры. Увы, как бы ни хотелось разжиться и мяском, но такое обилие крови наверняка привлечёт остальных. Боги, что вообще эти трое делали здесь отдельно от своей стаи? А хотя какая разница? Жив - и радуйся!

 Он и радовался. Ровно до той поры, пока не понял, что покрывшаяся ледяной коркой левая рука всё ещё сочится алым, а перед глазами то и дело темнеет. Слабость от потери крови заставляла спотыкаться, иногда держась за стволы деревьев. Вскоре он вышел к болоту с перекинутым через него мостиком. Стараясь не свалиться в замёрзшую топь, Рысь перебрался на другую сторону, и через два десятка шагов вышел к поселению хурсов. 

 Там его, подобно милости богов, на окраине встретила рыжеволосая Сайли, которую он ранее встречал в Чертогах. Подхватив охотника, она отвела его в ближайший шатёр, где и усадила на лежак. Женщина помогла снять куртку и снаряжение, а затем, принеся тряпицы и воду, обработала раны. Затем, пододвинув подушку-валик поближе, вручила неказистую бутылочку с местным вином и пару колбас.

 Угощение прибавило сил и в совокупности с огнём разморило юношу.  Пользуясь этим, Рыжая начала интересоваться вопросами, часть которых в прошлую их встречу он оставил без ответа. О том, откуда он родом, о том, где родные...

 Спустя некоторое время в шатёр пришёл шаман, Данзан, который обработал раны получше. С благодарностью приняв его помощь, Илвес вручил Сайли волчьи шкуры - в счёт ночлега, как благодарность за помощь, да и просто им они явно более к месту здесь будут. Затем же он уснул до утра. Следовало восстановить силы.

 Проснулся он поздно - ранения сказались. Выйдя к центральному костру, Илвес застал там Сайли и шамана. Встретили его с теплом и вкусным горячим мясом, в которое Рысь впился зубами незамедлительно, марая руки и подбородок ароматным жирком. В отдалении хурс Наран сражался в потешном бою с каким-то воином в кольчуге. Что удивительно, на снегу оказался как раз этот носящий кольчугу мужчина. Впрочем, довольно быстро оба, побитые, пришли к костру и присоединились к утренней трапезе.

 Поблагодарив всех присутствующих за кров, заботу и компанию, Рысь двинулся в путь. Зимняя позёмка манила, звала его за собой, и вольная душа не смогла  более противиться этому зову.

Изменено пользователем Nalsurion
3 пользователям нравится это

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

  

Далеко уйти от селения хурсов он не успел - в ближайшем подлеске захрюкал кабан, и охотник вынужден был остановиться, дабы внимательно осмотреть заросли. Ещё бы, получить клыками в бок не хотелось, поскольку совсем недавно следы укусов от волков обработали и перевязали. Распознав, из-за какого именно куста донёсся звук, Илвес начал неторопливо огибать его стороной... И тут из-за спины послышался голос Сайли:

   - Эй, постой! 

   Обернувшись, юноша увидел, что женщина быстрым шагом следует за ним, неся в руке что-то небольшое. Кинув косой взгляд в сторону кустарника, похрюкивание за которым, кажется, начало удаляться, он остался стоять на месте, дожидаясь рыжеволосую.

   - На вот, ты в шатре оставил, - молвила она, протягивая кошель. Видать, вывалился из сумки.

   - Ох, благодарю! - Широко улыбнувшись, охотник с полупоклоном принял кожаный мешочек. Внимательный взор отметил плечи лука, перекинутого наискосок, а также тул. - Сама-то хорошо охотишься?

   Вопрос, возможно, был не к месту, однако ум охотника сейчас занимал похрюкивающий неподалёку кабан. Упромыслить его сейчас, только-только начиная оправляться от ран, юноша не смог бы. Другое дело - вдвоём.

   - Случается. Не просто же так мне его носить?

   - Верно. Сайли, а вот смотри, в той стороне, - он кивнул в нужную сторону, - секач разгуливает. Может, мы его?..

   Без лишних слов рыжая улыбнулась, а затем, перекинув в руку лук и тут же примостив на не натянутой ещё тетиве стрелу, бесшумным шагом двинулась по направлению к зверю. Илвесу лишь осталось головой качнуть, дивясь такой хватке, да повторить все её движения.

   - Ты погоди, давай я его сейчас обо... - договорить о том, что лучше кабана обойти и принять с двух сторон, он не успел: женщина вскинула лук, а затем белопёрая стрела просвистела в воздухе. И уж не понять, то ли ветер невовремя сменился, то ли ветви помешали, но острый наконечник впился в заднюю ногу секача. Тот, не потерпев подобного к себе отношения, басовито завизжал, и, грузно развернувшись, ломанулся сквозь кусты к обидчице, ломая молодую поросль. - Да что же...

   Впрочем, разговоры разговаривать сейчас было не лучшей идеей, а потому он вскинул лук, тщательно выцеливая зверя, то и дело скрывающегося из виду за листвой. И ладно бы было время на промедление, но сейчас взбешённый кабан мог своей тушей разметать ладную женщину по окрестным кустам. Краткий выдох, стрела срывается с тетивы - и впивается в загривок, пройдя насквозь, однако не задев ничего важного - лишь пробила толстую шкуру и верхние слои мышц у хребта. Однако пусть и не опасную, но рану он нанёс, тем самым обратив внимание жертвы (жертвы ли?) на себя. Пришлось постыдно отступать, с зубовным скрежетом заставляя себя бередить раны. Впрочем, получилось сие вполне успешно - охотница смогла так же пустить стрелу, впившуюся в бок кабана. Захлебнувшись своим визгом, тот развернулся и хотел было уже ретироваться подобру-поздорову от двух злых людей, причинивших ему столько боли, но тут уж сухо щёлкнули тетивы сразу двух луков. И не понять, какая именно его убила - та что была пущена Сайли и пробила зверю сердце, или же выпущенная Илвесом и пробившая горло.

   - Фуф... - Кривовато улыбнувшись, юноша потрогал повязки. Не сбились, вроде. - Ты как там?

   - Хорошо всё. Охотница, как и он, медленно приближалась к убиенному зверю, внимательно оглядывая окрестные заросли. Мало ли, вдруг кто на их добычу позариться?

   Пользуясь случаем, Илвес достал нож и начал сноровисто свежевать добычу, дабы потом содранную шкуру смотать в тугую скрутку. Ох, заляпает кровью все вещи... Ну да ладно, у него тряпица есть, в которую этот трофей можно завернуть. Кстати от трофеях...

   - Погоди-ка... - Кинув внимательный взгляд на Сайли, охотник склонился над мордой кабана. 

   Послышался приглушённый шёпот на незнакомом ей языке с виноватыми нотками. Как и всякий уроженец Северного Дантемара, Илвес просил прощения у зверя за сие убийство, совершёное не ради пропитания. Закончив, он начал умело расшатывать и вырезать здоровенные клыки. Завершив это дело, протянул один женщине:

   - Держи вот. Трофей, заслужила. В тех краях, откуда я родом, всякий охотник берёт что-то от самого могучего зверя, которого он упромыслил. А у тебя, я гляжу, - он кивнул на её шею, - ничего такого нет.

   У него, к слову, она могла разглядеть под курткой ожерелье из зубов и когтей диких зверей, да и на левой руке браслет подобного рода имелся.

   - Я буду его беречь, - улыбнулась женщина, принимая подарок. За кратким ритуалом, совершённым Илвесом до этого, она следила с одобрением, ибо и в её краях были подобные обычаи. Впрочем, как и у всех северных славардов.

   - Я рад, - вернул он улыбку. - Тебе ведь шкуру не продашь, да?

   - Конечно! - Рыжая негромко, но открыто, засмеялась.

   - Эх, придётся кому иному её всучить... - Выпрямившись во весь рост, он повёл плечами. - Ладно, пойду я, да?

   - Конечно иди, - Женщина сложила пальцы щепотью, а затем махнула в сторону, словно кидая соль с перцем дабы отогнать злых духов, способных услышать о скором путешествии человека и как-либо навредить.

   Кивнув и прикрыв на миг глаза, благодаря за такое пожелание доброй дороги, юноша поправил лук, дабы не цеплялся за сумку заплечную, а после развернулся и канул в заросли лесные, бесшумно, словно настоящая рысь, скрываясь из виду.

   

   

 

   Он совершенно случайно забрёл в корчму. Торил свой путь неторопливо через лес, посматривая под ноги, и вот в какой--то момент потянуло дымком, а затем послышалось приглушённое лошадиное ржание. Решив разузнать, что это за место, охотник проследовал в нужную сторону, и не прошло пары минут, как показался просвет в кроне деревьев, а затем и крыша двухэтажного здания. 

   - Селение, что ли, какое? - Наличие высокого дома посреди леса на какое-то время даже поставило Илвеса в тупик.

   Впрочем, пройдя ещё немного, юноша разглядел и небольшой двор, коий окружали добротные строения. Пара сараев, курятник, стойло и коновязь, навесы, под которыми работящие руки расставили крепкие столы с лавками, да ещё и не поскупились на установку тут и там столбов с закреплёнными фонарями. 

   Внимательно осмотрев окрестности и сам двор, Илвес наконец-то вышел на открытое пространство, с интересом разглядывая окружение. Почти сразу же взор его упал на женщину, набирающую воду из колодца. Она быстро выбирала верёвку с закреплённым на конце ведром, что и пробудило в охотнике жажду. Ещё бы, водица в бурдюке тёплая, день жаркий, солнышко припекает, а тут холодненькое, колоденое... Сглотнув, юноша окликнул хозяйку:

   - Хэй! Красавица, можно воды испить?

   Та быстро развернулась, желая увидеть непрошенного гостя... И каково же было обоюдное удивление у Илвеса и Сайли, когда они узнали друг друга.

   - Кого я вижу! Привет, Сайли! - Юноша широко улыбнулся, снимая шлем, дабы затем утереть голову с заплетёнными в косицу волосами. 

   - Здравствуй, Илвес.

   - А можно водички? А то солнышко печёт да печёт.

   - Конечно. - Женщина чуть посторонилась, когда подошедший охотник полез к ведёрку за водой.

   Прижав кожаный шлем локтём к боку, он сложил ладони лодочкой и зачерпнул живитеьной влаги, тут же поднося к лицу и с упоением наслаждаясь прохладцей, от которой аж зубы заломило. Кадык дёрнулся раз, другой, затем он повторил содеянное, и лишь после третьей "лодочки" выпрямился, вытирая влажной дланью лицо и четырёхдневную щетину. Тут же, к слову, и понятно стало, почему он не носит бороду - росла она у него пусть и хорошо, но явно клоками, отчего приходилось северянину по южной моде гололицым ходить.

   В это время, пока он приходил в себя, Сайли с интересом рассматривала его, отмечая как и прежде, ещё у хурсов, каждую мелочь в его облике. И рыжие волосы, стянутые в тугую косу, идущую от чела к затылку по середине темени, так как бока были выбриты. И знак солнца, татуировку, начертанную беззвестным ей ведуном, чуть выше переносицы. И пронзительно голубые, как и у неё, глаза. И воинскую стать. И широкие плечи. Крепок охотник телом и духом. Многого мог бы достичь, да только ясно ей, охотнице, что не лежит душа к службе в хирде у ярла или ещё к чему-то подобному.

   - Уф, благодарю, хозяюшка. - Илвес широко улыбнулся женщине. -  А ты что же, работаешь тут?

   - Можно и так сказать, - с полуулыбкой да прищуром молвила та.

   - И как, много платят? И кто хозяин тут? - Охотник заозирался, выискивая трактирщика иль корчмаря.

   - А ты что же, работу ищешь? - вопросом на вопрос ответила рыжая.

   - Да смотря что за работа. А так шкурки бы продал.

   Женщина задумалась, вновь с ног до головы осматривая юношу, а затем молвила:

   - Неспокойно в здешних местах. Охранник сюда надобен. Пойдёт тебе такая работа?

   - Ну... - Он повёл плечами. - Можно.

   Затем, ответив взором не менее внимательным, прищурился.

   - Правду мне скажи: ты тут хозяйка? - И улыбка на губах играет.

   - А если и так? - вернула она улыбку.

   - Тогда нанимаюсь, - кивнул Илвес. Затем оглядел окрестности. - Двор тут небольшой, справлюсь. Мне денег много не надо, накормишь сытно - я и рад.

   Хотел он было сразу спросить, нельзя ли тут как-то не в комнате гостевой остаться, да решил сходу не наглеть. А ну вдруг погонит, сказав, что, мол, не успел наняться, как о ночлеге выспрашивает?

   Первый день этот, проведённый в качестве вышибалы, прошёл тихо. Рыжая ему заранее объяснила, что в стойла лишь княжьи люди лошадок ставят, а остальные - у коновязи. Что указом княжьим у всех, кто сюда прибывает, не должно быть оружия, кое следует оставлять в сумках седельных. А ещё в качестве первой оплаты она собственноручно купила ему дубьё хорошее, дабы можно было зарвавшихся выпивох вразумлять.

   Илвес старался оправдывать оказанное ему доверие. Вежливо и размеренно общался с каждым вновь прибывшим, просил их убрать оружие, указывал на свободные места. Вместе с этим не забывал обходить корчму вокруг, за пределами плетня, высматривая дикое зверьё или людей лихих. Ну и, конечно же, следил чтобы перебравшие выпивохи не устроили бучу среди всех, а желающим укзывал на имеющуюся за зданием самой корчмы небольшую арену, посыпанную мелким песком.

   Под вечер, даже, скорее, ближе уже к ночи, когда постояльцы заснули, а завсегдатаи разъехались и расползлись по домам, Сайли приготовилась к закрытию заведения. Видя это, Илвес мягко тронул её за плечо:

   - Извини, что отвлекаю. Благодарю за ужин и... Я за домом видел сарай крепкий. Можно я там переночую? - Ещё бы. Что его пустят в одну из комнат для постоя он даже и не надеялся. Да и слишком нагло это было  бы с его стороны, проситься туда.

   - Зачем в сарае-то? - Рыжая приподняла брови. - Вон там домик есть. В нём раньше охранники прошлого владельца ночевали. Там ложись, кровать имеется.

   Просияв, охотник, - а теперь вышибала, - поблагодарил женщину и канул в темноту, застилавшую двор, дабы оценить свои «хоромы».

   Домишко оказался крепким и добротным. Даже две кровати, стоящие в разных углах, не заплесневели и не стали прибежищем мышей иь иной какой гадости. Стряхнув пыль с одеяла, Илвес разделся, а затем нырнул в холодные объятия постели. Уже засыпая, он с теплотой вспомнил добрую и улыбчивую хозяйку корчмы, отплатившую ему столь многим за ничтожно малую проделанную работу. Всего один день, а она ему оплатила труд сторицей и, пусть даже того не осознавая, загнала в должники. Хотя он и без таких долгов нёс бы службу честно и тщательно.

   - Доброй ночи, Сайли, - молвил он в темноту, пусть даже хозяйка его не услышит. И уснул.

 

 

2 пользователям нравится это

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

   Очередной день в качестве охранника проходил безмятежно. Периодически в корчму забредали посетители: ремесленники, забулдыги, воины из стражи столицы или кого-нибудь из дрейков. Вот уже две недели Илвес почти не выбирался за неровный круг плетня и изгороди, окружающих заведение и пару хозяйственных построек, но не чувствовал себя в заточении. Да, охотник потому и пропадал ранее в лесах не только сутками, но и неделями, а порою даже месяцами, но сейчас... это было несколько иным. Возможно, душе просто хотелось обрести некотрыый покой и отдых от бесконечной череды деревьев, листвы и звериных следов. А может и в том дело, что голубые как безмятежное небо Северного Дантемара очи юноши то и дело обращались на хваткую в делах Сайли-Охотницу, хозяйку корчмы, подходившую к делу своему сноровисто и с пониманием чужих желаний. Кому, взглядом сметливым настроение отметив, в корчагу подольёт, кому добротной снеди предложит, а кого, бывало, и на небольшую аренку отправляла. Последнее делала с завидным постоянство, чуть стоило ей заметить, что спор какой у посетителей намечался. Оно и верно - лучше пусть в потешном бою на радость остальным друг другу бока намнут, чем, раздухарившись и упившись, начнут лавки собственными лбами ломать да посуду переворачивать. 

   - Илвес, отопри, - вот и сейчас помощь в сильной мужской руке понадобилась: наотрез отказывающаяся в полной мере чужое участие принимать, Охотница несла огромный поднос, уставленный снедью, и захлопнувшаяся от ветра дверь отрезала ей путь во двор, к накрытым столам, установленным под добротно сколоченными навесами.

   - Сейчас! - Кинув взгляд на с аппетитом обедающих работяг под упомянутыми навесами, юноша скорым шагом направился к Сайли. Придержав дверь, пропустил женщину, а затем пошёл рядом, придерживая поднос за один край. - Вот нет бы меня кликнуть, я бы мигом донёс...

   - Ничего, Илвес, - тепло улыбнулась она, - я справлюсь.

   - Да знаю, что справишься. - Аккуратно отстранив немного перебравшего с хмельным кмета, охранник помог поставить поднос на столешницу. Подождав, пока снедь будет передана кому следует, а сама Сайли отправится обратно к зданию корчмы, пошёл неторопливо рядом с нею. - Некстати, но всё же: помнишь, недавно за охоту на волков говорили? Ещё и люд слух донёс, что в весну эту князь вдвое больше платит за шкуры и головы их, а то зверь лютый уж больно голодный и многочисленный нынче.

   - Слыхала и я о том. Что, предлагаешь нынче вместе отправится? - Глянула с интересом.

   - Ну да. Народу сегодня с утра мало, да ещё и дожди зарядили, - охотник глянул на небо, где уже собирались тёмные тучи, - мало кто сюда снедать поедет. Да и выпить проще дома будет с кумовьями да соседями.

   - Думаешь?

   - Ну да. 

   - Хм... - Они уже вошли в корчму и женщина аккуратно поставила поднос на один из столов. - Ты прав. Пожалуй, и впрямь можно будет закрываться, как эти работяги завтрак вой закончат.

   На том и порешили. Дождавшись, пока все утренние посетители разойдутся, и убедившись, что в преддверии непогоды никто не приедет, Сайли заперла все постройки и дом, предварительно всё снаряжение охотничье взяв.

   Охотиться решили южнее корчмы - на севере уж всяко столичный да скумбровские охотники всего зверя упромыслили, да и делиться, случись что, барышом не захотят, а вот на юге приволье - из Штормглейда парни хоть и бравые, да только не шибко охотой промышляют, а в селеньице Агорей больше на кузнечное дело да разведение скотины народ работает, охотиться некогда им. Заодно и для их животноводов доброе дело сделают охотой этой своей.

   На след волка вышли достаточно быстро - отодвинув один из пожухлых листов папоротника, Илвес отчётливо разглядел на земле отпечаток лапы:

   - О, гляди, я тут...

   - А вот и ещё один - Сайли указала на другой отпечаток, чуть поменьше и в сторонке.

   - Двое всего? Ну-ка... - тщательно осмотрев вокруг землю, дантемарец убедился, что более никаких волков здесь не было, акромя этих двоих. - Странно. Обычно-то они стаями, а тут, глядишь ты...

   - Может, остальных перебили, а эти последние остались из семьи?

   - Возможно.

   Решив проследовать по следам, охотники перешли на более тихий и осторожный шаг - отпечатки лап были свежими, и звери явно ушли недалеко. Догадка эта оказалась верной - спустя несколько минут Рыжая мягко тронула Илвеса за плечо, указывая на склон холма: сметливый и зоркий глаз её разглядел в кустарниках облезлый серый хвост. Сам обладатель оного, видимо, увлечённо кого-то уминал - может, кроля незадачливого, а может и иную зверушку.

   - Один? - одними губами молвил Илвес, удивляясь, - их же двое было...

   Наземь упали первые капли дождя, редкие но крупные.

   - Может, дальше ушёл? - Сайли заозиралась, выискивая второго серого.

   - Может... Давай я этого чуть стороной обойду, да после первого выстрела в бой вступай. 

   Объяснять подробностей не пришлось: бывалая охотница и так поняла, что юноша выступал в качестве своеобразной приманки: он отвлечёт на себя внимание старого волка, отчего тот развернётся к Сайли боком, а там уж она по такой цели не промахнётся. А ещё Илвес помнил о том, что где-то рядом может скрываться второй, коий, возможно, именно на него и обратит внимание. Всяко лучше, чем на женщину.

   Дождь всё усилвался, что было на руку охотникам - тяжёлые капли прибивали звуки их шагов к самой земле, скрадывали лишние запахи. Оттого подготовка к их своеобразной засаде прошла успешно - старый волк продолжал поедать свю добычу ровно до того момент, пока ему в заднюю лапу не вонзилась крепкая стрела. Взвыв, он словно аж подскочил, а затем развернулся к Илвесу. Короткое напряженье мышц, серое тело взметнулось в прыжке, долженствующем сократить расстоение между ним и человеком вдвое... Сухо щёлкнула тетива на луке охотницы, а в следующее мгновение белопёрая вестница смерти пробила шею зверя навылет. Тот рухнул наземь, захлёбываясь в собственной крови. 

   - Так, а где вто... - начал было Илвес, но тут же увидел, как за спиной Сайли колыхнулись кусты, а затем оттуда взвилось размытое от движения и частого дождя тело. 

   Охотник хотел было предостерегающе вскрикнуть, но этого не потребовалось - повинуясь чутью, женщина пригнулась, отшатываясь в сторону, а потому волк, желающий вцепиться ей сзади в шею, лишь разодрал одежду и, достаточно глубоко, кожу выше локтя.

   - Сайли! - Не помня себя, юноша одну за другой отправил две стрелы в хищника, кои обе настигли зверя, войдя ему выше лопатки и пробив сердце.

   Сорвавшись с места, Илвес кинулся к женщине, зажимающей рану рукой, под которой расплывалось алое пятно.

   - Проклятье... - Быстро глянув по сторонам, юноша аккуратно подхватил Охотницу и повёл под крону раскидистого и густого клёна, старца местных лесов. - Присаживайся, сейчас я тебя перевяжу.

   - Я...

   Не слушая возражений, юноша силой усадил пострадавшую, а затем, выхватив нож, скорыми движениями откроил рукава на собственной куртке. Быстро располосовав их, Илвес плеснул из меха воды на рану, а затем туго перевязал, не жалея материала. После же этого, когда опасность истечь кровью миновала, положил ладонь на перемотанное плечо женщины и, заглянув ей в лицо, молвил:

   - Не вздумай больше так попадаться, хорошо? И не вздумай умереть на охоте. - Повинуясь порыву, окровавленными пальцами второй руки он мягко подхватил её за подбородок.

   Она посмотрела ему в глаза. Во взгляде можно было заметить некое чувство -- не то тень досады, что он, считай, её отчитывает, причём не за неосторожность, а именно потому, что боится её... потерять? Или то было недовольство? Илвес плохо разбирался в чужих взглядах, ему легче распознать чей-то след в лесу. И сейчас он растерялся. Однако же эта женщина вызывала в нём чувство не только благодарности за давнюю помощь, и не только за устройство на работу, но и иное, более глубокое. Не замечая того, что пальцы на её плече скользнули к локтю и чуть сдавили, юноша качнулся, приблизив своё лицо к её, не отпуская взора Сайли.

   - Ты дорога мне.

   В её взгляде почудилось недоверие и даже какая-то толика страха.

   - Стань моей женщиной.

   Да, прямо так и молвил. Здесь, под дождём в глухом лесу, в считанных шагах от двух истекающих кровью волков, способных привлечь иных хищников.

   - А ты сможешь жить со мной, не задавая лишних вопросов про мои дела?

   Его губы тронула улыбка.

   - Я уже видел и слышал, как ты общалась тайком с кем-то из столичных, обсуждая перепродажу каких-то драгоценных каменьев. И, как видишь, лишь сейчас об этом упомянул. - Он не хвалился. Он просто понимал и так, что не все виды заработка бывают законными, но и далеко не все незаконные сделки действительно являются бесчестными. В конце концов, корчемнице тоже нужно на что-то жить.

   Она прикрыла глаза. Размышляла. И пусть то неведомо сейчас было Илвесу, но просчитывала и взвешивала все «за» и «против». Но к этому примешивались и ответные чувства, коий находили отклик в душе.

   Она откыла глаза.

   - Я согласна. - Краткий ответ не оставлял ни ей ни ему иного выхода, кроме как жить дальше уже в качестве не только лишь наёмного работника и работодателя.

   - Я рад, - тепло и мягко улыбнулся Рысь. А затем, переборов в себе желание поцеловать её, встал, выпрямившись во весь рост. - Посиди здесь, отдохни. Я сейчас поищу ветки посуше и разведу костёр, чтоб не продрогли.

   - Хорошо, - вернула она ему улыбку. Чуть менее открытую, но явно столь же тёплую. Порывшись одной рукой в заплечной сумке, вынула небольшую бутылочку из мутного и крепкого стекла. Внутри плескалась мутная тягучая жёлтая жидкость. Нафта. - Вот, для розжига тебе.

   Кивнув, он принял эту помощь, а затем начал споро выискивать и обламывать ветви посуше с самого клёна и окружающих кустов и деревьев.

   Так они и провели остаток дня, дожидаясь окончания ливня - сидя рядом и глядя в весело потрескивающий костёр, укрытые раскидистой кроной. И каждый думал о новом и непривычном человеке подле себя, коий отныне стал не чужим.

 

2 пользователям нравится это

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Создайте аккаунт или авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий

Комментарии могут оставлять только зарегистрированные пользователи

Создать аккаунт

Зарегистрировать новый аккаунт в нашем сообществе. Это несложно!


Зарегистрировать новый аккаунт

Войти

Есть аккаунт? Войти.


Войти